Аккаунт не активирован. Проверьте почту . 
  1. Работа в Украине
  2. Публикации о работе
  3. Новости Украины и мира
  4. Статьи

Зигзаг неудачи

21 января 2008 1422

— Видишь ли, — сказал директор, — твоя тема очень важная, и ты с ней прекрасно справлялся два года… (на самом деле я вел ее уже почти три, но кто считает!)

А директор продолжал:

— Твоя тема… да, международная, интересная и все прочее, …но в свете наших последних приоритетов она, понимаешь, какая-то неактуальная. Нет, сама тема важна, спору нет, но финансирования на нее в этом году не предвидится. Поэтому придется ее оставить до лучших времен. Это ведь не я решаю, это «сверху». Ты ведь понимаешь…

Конечно, я его понял. Куда деваться-то? Он же директор! И сколько бы Пан Директор ни говорил, что «не он все решает», решает-то именно он. А то, что у меня на материале предыдущих трех лет строятся все планы по статьям и, само собой, вся диссертация, кого это волнует, кроме меня?

Мне поручили другую тему, «приоритетную». Через неделю я узнал, что на прежнюю благополучно нашлось финансирование, и по поручению директора ее принял Петухов. И не просто принял, а даже в марте поедет докладывать тезисы на международную конференцию, не куда-нибудь, а в Париж.

Ну вот, кому-то в Париж, а меня в том же марте накрыла финансовая инспекция.

Почему, говорят, у вас тут документы по теме неправильно оформлены, и учетной карточки нет? И откуда у вас в смете по финансированию договоров такой перерасход? Да все оттуда же, от предыдущего Не-Будем-Показывать-Пальцем товарища.

Пока были какие-то силы, я пытался объяснить, в чем дело и доказать, что я не верблюд, но их терпение быстро иссякло. И поехал я в институт Информации оформлять новую карточку. Нет слов, ездил за ней три раза, и каждый раз с приключениями. Мультик «Падал прошлогодний снег» помните? Вот примерно так, как тот мужик с елкой, носился я с этой карточкой. Только менее весело.

Ну, сдал, сдал, и докладную написал, и прокуратурой погрозили да отстали, вроде все утряслось. Комиссия ушла, а тут как раз Петухов из Парижа вернулся. Оказывается, за мою «неактуальную» тему его как разработчика проекта на международную премию выдвинули. А чтобы долго международной не ждать, в нашей организации тоже поспешили отметить работу всего отдела. Меня за выявленные комиссией нарушения, напротив, лишили премии. Вот такие «финансовые несоответствия» обнаружились.

Весь апрель я старательно вникал в новую работу. Пусть неинтересная, но реабилитироваться хотелось. А звезд с неба я давно уже не хватаю, это желание лет двадцать тому назад покинуло меня безвозвратно. Сразу после того, как наш добрый старый НИИ разогнали в три дня, и сдали помещение в аренду под офис какой-то туристической фирмы. Потом «туристов», кажется, посадили, но институт наш так и не вернули.

На «майские» я дежурил почти неделю. Когда все празднуют, кто-то один должен ходить на работу и отвечать на телефонные звонки. В спокойной обстановке я закончил свою последнюю статью по старой теме, пообещали, что она выйдет в следующем номере. Ну, во время дежурства произошла какая-то путаница со срочным факсом, опять же, я крайним оказался, и в следующем месяце на аттестации директор майское дежурство мне припомнил. Отправили меня после этой аттестации в бессрочный отпуск за свой счет. Можно бы сказать, уволили, но «это только на время, пока реорганизация не закончится. Будет в новом штате место для тебя — непременно возьмем», — пообещал директор.

И даже не обманул! Пока я маялся в так называемом «отпуске», реорганизация закончилась, и в июле мне позвонили.

— Отдыхаешь? Везет же некоторым, завидую! Пора обратно на трудовую вахту! — сказал Петухов.

Я тогда еще не понял, чего он так радуется. Оказалось, после «перестановки кадров» наши отделы слили вместе, и теперь я снова могу заниматься разработками своей прежней темы. Только под началом у Петухова. В должности меня понизили, оклад, естественно, от этого тоже не вырос. Когда я в тот день возвращался домой, злой как собака, в почтовом ящике обнаружилась новогодняя открытка. Это-то в разгар лета! Ни адреса, ни кому, от кого — ничего нет. Только три слова написано: «Всё будет хорошо!»

Издеваются! В ярости бросил открытку на ступеньки подъезда. Потом, уже дома подумал, может, просто перепутали, вовсе это не злая шутка, а всего лишь случайность.

Крупные и мелкие неприятности продолжали сыпаться на меня со всех сторон. Как раз накануне сдачи ответственейшего отчета в сентябре подлый троянский вирус со смаком сжевал все наиболее важные файлы. Получается, я завалил сроки сдачи отчета, значит, снова лишился премии. Последствия вторжения вируса потом еще два месяца ощущали на себе все компьютеры нашей офисной сети, но почему-то выговор получил только я. Тогда же в троллейбусе у меня пропал кошелек. Не то посеял, не то украли, разница для самочувствия небольшая. И в тот же вечер позвонил старый приятель, с которым еще вместе учились, напомнил, какие надежды мы подавали когда-то. Ну, все одно к одному!

В октябре я умудрился потерять важный банковский документ. Ну, не потерял — забыл в приемной, где три часа сидел в очереди, дожидаясь подписи на другом документе. За эти три часа можно было голову потерять, не то что бумажку! Пришлось в конце рабочего дня сломя голову снова мчаться через весь город в поисках пропажи. Через вахтера пытался дозвониться до секретарши, она, разумеется, уже ушла, на следующее утро, еще до начала рабочего дня снова примчался туда же, и потом с этим документом в зубах спешил к себе на работу, радуясь, что все обошлось.

Рано радовался. Это был день утреннего заседания отдела. А я, видите ли, серьезно опоздал, за что получил замечание от Петухова при всех сотрудниках.

Каждый месяц я спрашивал, скоро ли выйдет моя статья, и каждый раз в ответ слышал: «В следующем номере». В конце ноября меня завалили на предзащите, но этому я уже совершенно не удивился. Ведь так катилось весь год.

Вы, наверное, подумали: «А еще от него тогда же ушла жена».

Нет, ничего подобного. То есть, жена, конечно, ушла, но очень давно, после закрытия НИИ. Единственный плюс, пожалуй, оказался в том, что она ушла не в этом году.

«Оставь меня, но не в последний миг, когда от мелких бед я ослабею…» — так и получилось, прямо как по Шекспиру.

Нет, у меня не возникло желания покончить со всем разом: упасть под поезд или головой в петлю… Для этого, знаете, тоже нужны жизненные силы и, поверьте, немалые. А я просто продолжал жить, по инерции. И давно на все махнул рукой.

В один серый ноябрьский вечер в дверь нахально позвонили. Уже по звонку было слышно, что розыгрыш. Но я поплелся открывать. Тоже, видимо, по инерции. Открываю дверь, как и следовало ожидать, — никого. Соседские мальчишки балуются. Выбрали время! Я на кухне терзаю перевод одной английской статьи для монографии. Сижу с толстенным словарем при свечах, как в девятнадцатом веке, свет-то как раз в нужный момент отключили. Тут до меня доходит, что если звонок работает, то свет уже есть, и я радостно собирался бежать к компьютеру.

— Мяу! — жалобно окликнули меня снизу. Не закрывай, мол, дверь, подожди! Серый котенок, почти невидимка, протиснулся в щель и прижался к моему тапку. Только этого не хватало, подбросили!

Хотел выгнать подкидыша в подъезд, но решил, хоть накормлю сначала. Все-таки, он доброе дело сделал, сообщил, что дали свет. Теперь, пожалуй, успею закончить перевод до утра. А потом посмотрел на малыша и подумал: а ведь ему еще хуже, чем мне. У меня все-таки есть крыша над головой.

Котенка я оставил. А перевод переделывал еще дважды, так что вовсе спешить было некуда, как потом выяснилось. И мою главу, хотя и опубликовали в монографии, и даже таблицы не перепутали… да вот только фамилия моя из списка авторов куда-то исчезла. Девица в редакции мне с крайним удивлением объяснила причину (даже по телефону чувствовалось, как она хлопает ресницами и заботливо поправляет челку).

— Как же, разве вы должны быть в авторском коллективе? В документах вы значились, как вспомогательный персонал, а эти фамилии не принято печатать. Так что это вовсе не мы перепутали, а я не знаю кто!

Я, правду сказать, догадывался — КТО, но доказать ничего не мог.

Но последняя капля пала на чашу весов в декабре. Мне поручили съездить на один объект в области, провести опрос сотрудников и взять данные для последнего в этом году исследования. Задание затянулось допоздна, и свой последний автобус я, разумеется, пропустил. Пришлось топать пять километров до электрички. И вот там, в полупустом вагоне я встретил ЕЕ. Женщина моей мечты в модной дубленке и меховой шапочке сидела у окна, и рядом было свободное место! Почему-то вспомнилась новогодняя открытка, по ошибке попавшая летним днем в мой почтовый ящик. «Все будет хорошо!» — неожиданно услышал я и, преодолев робость, подсел к прекрасной спутнице.

Мы разговорились. Честно скажу, она заговорила первая, иначе я, возможно, и не решился бы сам завязать знакомство. Оказалось, ее зовут Марина. Не понимаю, как получилось, но мы обменялись телефонами и беседовали как старые знакомые. Дорога показалась чудовищно короткой, я даже не успел насмотреться на Маринин профиль, а уже пора было выходить. Вот несчастье!

На следующий день меня уволили с работы. Я не привез требуемый опрос сотрудников загородного института и никакими данными не мог подтвердить, что вообще был там вчера. Наверное, забыл папку с документами в электричке…

Директор орал, но мне было уже все равно: я-то знаю, что был там вчера! Потому что именно там я встретил Марину! И я не стал выслушивать, как обычно, молча все обвинения, а заявил:

— Раз я настолько не справляюсь с обязанностями, может, вам лучше уволить меня?

Директор воспринял это предложение с восторгом. У нас давно не было такого взаимопонимания. Правда, Петухов возражал, бушевал и взывал к справедливости, которая, по его мнению, не могла отнять у него ценного работника как раз перед Новым годом. Тем более, что значительная часть отчета по теме отдела поручена именно мне. Но мы с директором стояли на своем.

Я чувствовал себя как в молодости, бесшабашным авантюристом. Вдруг, потеряв все, я ощутил неслыханную свободу, как будто с ног соскользнула цепь с каторжным ядром. Я готов был взлететь и чувствовал, что любое море мне по колено, если не по щиколотку.

— Куда же ты теперь? — сочувственно вздыхали сотрудники.

— Пойду на биржу труда, — беззаботно отвечал я. — До пенсии еще бесконечно далеко, так что придется искать новую работу и времени на это теперь навалом! Кстати, когда же выйдет моя статья?

— В следующем номере — обязательно!

Это прозвучало как «наградить посмертно» и я поверил, что теперь-то статья действительно выйдет.

Вечером как-то особенно мелодично зазвонил телефон. Марина.

— Вы вчера забыли какую-то папку с документами. Наверное, это важно. Я могу вам ее привезти к станции метро. Или лучше встретиться где-то в городе?

Конечно, лучше, в сто раз лучше! Я теперь человек свободный, вот и отметим! Но когда я объяснил ситуацию Марине, она неожиданно сказала, что в таком случае не стоит тратиться на транспорт и на кафе, она заедет ко мне домой.

Я познакомил ее с котенком и со всеми своими несчастьями. Мы пили чай на кухне, и впервые за двадцать лет я верил в некое, хотя и туманное, но довольно светлое будущее для себя. Новый год был не за горами.

Но до его прихода еще многое успело случиться.

Во-первых, Марина оказалась работником биржи трудоустройства. Каким-то чудом она нашла для меня вакансию в хорошем институте, где как раз маячила в перспективе должность начальника отдела. Мое резюме им пришлось кстати, ведь там разрабатывалась знакомая мне тема, и требовались специалисты, уже работавшие в этом направлении. И на бывшей работе не обманули: в первом же номере после Нового года вышла моя многострадальная статья. Тут же на нее пришел отклик из Франции, от коллег, знавших мои предыдущие исследования. Мы как-то нечаянно, без особых усилий выиграли тендер у отдела Петухова, получили Госпремию и финансирование за счет международных грантов. Я и забыл, что год назад подавал заявку на этот грант, это стало для нас настоящим новогодним сюрпризом!

Теперь мы живем втроем: мы с Мариной и кот Феликс — что по-латыни означает «Счастливчик». У меня любимая работа, самая любимая жена и отличные перспективы карьерного роста. И теперь-то я знаю, что никакой ошибки не было. Все действительно будет хорошо. И самый худший год в моей жизни оказался и самым счастливым. Вот каким неожиданным зигзагом может обернуться полоса неудач. Надо только рискнуть и сделать хотя бы крошечное усилие, чтобы помочь ей сойти с беспросветной накатанной колеи.

Я просто больше не хочу быть неудачником! Вот и все.

Отправили меня после этой аттестации в бессрочный отпуск за свой счет. Можно бы сказать, уволили, но «это только на время, пока реорганизация не закончится. Будет в новом штате место для тебя — непременно возьмем», — пообещал директор.

И даже не обманул!

Задание затянулось допоздна, и свой последний автобус я, разумеется, пропустил. Пришлось топать пять километров до электрички. И вот там, в полупустом вагоне я встретил ЕЕ. Женщина моей мечты в модной дубленке и меховой шапочке сидела у окна, и рядом было свободное место! «Все будет хорошо!» — неожиданно услышал я и, преодолев робость, подсел к прекрасной спутнице.

На следующий день меня уволили с работы. Я не привез требуемый опрос сотрудников загородного института и никакими данными не мог подтвердить, что вообще был там вчера. Наверное, забыл папку с документами в электричке…

Директор орал, но мне было уже все равно: я-то знаю, что был там вчера! Потому что именно там я встретил Марину!

Я чувствовал себя как в молодости, бесшабашным авантюристом. Вдруг, потеряв все, я ощутил неслыханную свободу, как будто с ног соскользнула цепь с каторжным ядром. Я готов был взлететь и чувствовал, что любое море мне по колено, если не по щиколотку.

Елена Крыжановская

Читайте также
  • Работа мечты - работа в Google?21 Апрель, 2017

    Просто Google!

  • Украинские пенсии: все очень сложно20 Апрель, 2017

    Начиная с 1.10.2017, правительство планирует провести очередное выравнивание пенсий, предварительно увеличив их на 10,1% в мае и этого года.

  • Соискатели игнорируют собеседования19 Апрель, 2017

    Наверняка, вам, как работодателю, приходилось наблюдать отказы соискателей от собеседования. В среднем, на пять собеседований приходится два отказа соискателей. Разрабатывая график собеседований, работодатель должен быть готов от отказа соискателей. Многие из них даже не удосуживаются сообщить об этом работодателей.

    Игнорирование соискателей собеседования встречается все чаще. Но это не значит, что работодатель или компания что-то делают не так, наоборот это вполне объяснимый и понятный процесс, причины которого самого разные. Сегодня мы рассмотрим большинство из них.

  • Украина правовая: "солу" лучше не звонить...19 Апрель, 2017

    Украинский рынок труда, а особенно, его столичный сектор, неожиданно взорвался бумом «получения адвокатских лицензий»

  • Совещания и как из них получить результат18 Апрель, 2017

    Одним из видов делового общения, целью которого является практическое решение проблем коллективного значения является совещание. Обстановка такой деловой беседы сотрудников на производстве сугубо конфиденциальна и ведется строгая фиксация всего сказанного и рассматриваемых вопросов. Именно поэтому список рассматриваемых вопросов выносится заранее и определяются выступающие.

↑ Наверх